Запасов нет, а за «борт» не пускают

Наша редакция ставила себе задачу сделать объективный обзор по запасам россыпного золота по регионам Дальнего Востока. К сожалению, эта информация сейчас закрыта для общего пользования, поэтому оперировать мы будем только цифрами, озвученными представителями государственной власти на публичных мероприятиях, которые, судя по всему, пользуются сведениями 2022 года.

Пришла пора пополнять закрома?

История промышленной добычи россыпного золота в России насчитывает более двухсот лет: за это время из недр извлечено почти 13 тысяч тонн драгоценного металла [1]. На 1 января 2023 года на государственном балансе на всех месторождениях России насчитывалось 16 420 тонн золота, основная часть его — рудное. Объёмы россыпного золота составляют 1108 тонн, из которых больше 61,8% (685 тонн) на 1 января 2023 года находилось в распределённом фонде. В итоге на государственный баланс сейчас поставлены 2507 объектов, но они малопривлекательны для лицензирования. В основном это либо очень мелкие объекты, либо глубокозалегающие, либо расположенные в труднодоступных районах. Кроме того, их невостребованность обусловлена в том числе устаревшими оценками запасов. Также они характеризуются низким содержанием золота (0,403 г/кубометр).

На истощение сырьевой базы указывает и рекордное сокращение числа аукционов, проведённых за последние шесть лет. Так, в 2019 году на Дальнем Востоке провели 218 аукционов по участкам россыпного золота. А к 2025 году количество дальневосточных участков, выставляемых на торги, упало до 28 единиц, что примерно в семь раз меньше, чем в 2019 году.

И как бы оптимистично Роснедра ни смотрели на динамику разовых платежей, которые в 2025 году составили 7,5 миллиарда рублей, это объясняется только повышенным спросом за счёт ограниченного предложения. В таких условиях компании готовы платить огромные деньги за килограмм недобытого золота. Последним примером стал аукцион на участок Коро в Якутии, где артель «Золото Ыныкчана» предложила 1,758 миллиарда рублей за 367 килограммов золота.

«Вам золота хватит… на 15 лет»

Для воспроизводства минерально-сырьевой базы (МСБ) россыпного золота государственные экономисты установили целевой показатель на уровне 100%, то есть ежегодная добыча 100 тонн золота должна «закрываться» 100 тоннами разведанного золота. Минимальный порог для поддержания работы отрасли составляет 75%. На апрельском форуме «Золото Дальнего Востока: стратегии устойчивого развития» в Магадане глава Роснедр Олег Казанов в своём докладе предоставил статистику по добыче и восполнению запасов МСБ россыпного золота.

Глава ведомства пояснил, что «воспроизводство ведётся за счёт действующих месторождений» и «крупных опасений за минерально-сырьевую базу россыпного золота нет, золота хватит на 15 лет».

Но с учётом того, что государство уже давно не финансирует ГРР по восполнению МСБ россыпного золота, научные эксперты считают, что большая часть воспроизводства минерально-сырьевой базы россыпного золота происходит за счёт переоценки забалансовых запасов и перевода их в кондиционные. За последние 30 лет содержание золота в песках уменьшилось в 2,5 раза и составляет 0,83 г/кубометр для открытой добычи и 4 г/кубометр — для подземной.

Сегодня геологоразведка на россыпное золото полностью финансируется за счёт недропользователей — именно их усилия обеспечивают прирост запасов как на действующих, так и на новых месторождениях. Согласно презентации главы Роснедр на магаданском форуме, за последнее десятилетие золотодобывающие компании прирастили суммарно 758,7 тонны золота, направив на эти цели 171,1 миллиарда рублей.

Юниорам зеленую улицу

Восполнение сырьевых государственных закромов — ЗАДАЧА ГОСУДАРСТВЕННАЯ, но в условиях рыночной экономики необходимо придумать инструмент для бизнеса, на котором он сможет зарабатывать. В 2014 году Минприроды России решило простимулировать этот процесс и выпустило приказ № 37, согласно которому был введён в действие «заявительный механизм» на геологическое изучение недр и любой «субъект предпринимательской деятельности» вправе был получить в пользование три участка недр, не содержащие запасы и прогнозные ресурсы.

Эта идея очень понравилась золотодобытчикам, которым наконец-то государство разрешило самостоятельно расширять свою сырьевую базу. Они организовали на своих предприятиях геологоразведочные службы и приступили к поисковым работам. Всего с 2014 по 2018 год включительно, согласно сведениям ЦНИИГРИ, было подано 3 905 заявок по заявительному принципу на золото (рудное и россыпное) и выдано 1 588 поисковых лицензий. На начало 2019 года 1 488 геологоразведочных проектов получили положительное заключение экспертизы, из которых 1 200 проектов было на россыпное золото.

Но власти рассчитывали на большее — необходимо было стимулировать юниорный бизнес, который системно решит проблемы с истощением МСБ. Поэтому Минприроды России совместно с Роснедрами провело эксперимент и упростило доступ к участкам недр, содержащим прогнозные ресурсы категории Р1 и Р2, расположенным на территориях Дальневосточного федерального округа, Иркутской области и Арктической зоны РФ. В итоге эти действия спровоцировали ажиотажный спрос на поисковые лицензии, и буквально за пару лет все прогнозные площади были разобраны. Такая беспрецедентная акция по раздаче бесплатных лицензий вызвала шок и недоумение в отраслевом сообществе.

А отрицательные последствия стали видны буквально сразу. Во-первых, лицензии под видом ценных бумаг стали предлагать золотодобытчикам за большие деньги. Во-вторых, во многих регионах активизировалась незаконная и бесконтрольная золотодобыча, ухудшилась экологическая обстановка.

Положительным результатом считается прирост запасов.

За десять лет прирост запасов по лицензиям, выданным по «заявительной акции», составил немногим более 87,6 тонны россыпного золота. На фоне общего объёма восполненных запасов в 758,7 тонны золота это составило 11,5%. Более подробной информации для анализа нигде не представлено.

Но, скорее всего, даже этот прирост и обеспечили сами золотодобытчики, которые брали поисковые лицензии для пополнения своей ресурсной базы… А вовсе не юниоры. Поэтому глава Роснедр уверенно сказал: «От заявительного механизма на выдачу поисковых лицензий мы будем отказываться». И с 2026 года выдача лицензий будет запрещена.

Нельзя за флажки

Оценивая текущую ситуацию, можно понять, что одним из резервов сырьевой базы отрасли остаётся отработка забалансовых запасов россыпного золота. Речь идёт о законтурных зонах и иных участках, которые при первичной отработке не прошли по кондициям либо были оставлены по техническим причинам.

И здесь в борьбу с логикой вступает административный аппарат. Казалось бы, законом чётко прописано, что «основным требованием по рациональному использованию и охране недр является, помимо прочего, обеспечение наиболее полного извлечения из недр запасов основных и совместно с ними залегающих полезных ископаемых и попутных компонентов». Но в то же время недропользователь, зашедший на объект и отработавший балансовые запасы сполна, сталкивается с необходимостью подготовки документов для отработки уже забалансовых запасов.

В качестве примера можно привести ряд случаев, когда золотодобытчик полностью отработал выданный ему в пользование участок, сдал золото и получил штраф за нарушение требований утверждённых технических проектов при пользовании недрами. Так, в 2026 году в Амурской области компанию «Хэргу» привлекли к административной ответственности за внеконтурную добычу 32 килограмм золота и выписали штраф на 350 тысяч рублей. Аналогичный случай произошёл с компанией «Геопром» из Екатеринбурга, которую оштрафовали за добычу 31 килограмма «лишнего» золота и, как объяснили в прокуратуре, обязали легализовать полученные объёмы драгметалла.

Казалось бы, в чём проблема? Подготовил документ — добыл золото. Но в реальности каждый участок требует подготовки кипы бумаг, которые будут направлены на длительное согласование со всеми ведомствами. И это с учётом того, что запасы могут не подтвердиться, а выход реального золота окажется в разы меньше ожидаемого. Тем временем короткий промывочный сезон заканчивается, и перед нашим недропользователем встаёт дилемма — бросить эти «призрачные» килограммы и начать отработку нового участка или следовать букве закона и добыть всё золото до грамма.

В первую очередь недропользователи обнаруживают проблему постановки таких запасов на государственный баланс. Процедура предполагает обязательное проведение государственной экспертизы в Государственной комиссии по запасам (ГКЗ). Однако, как отмечают представители отрасли, стоимость разведки, подготовки отчёта и защиты материалов в ГКЗ нередко сопоставима с потенциальной выручкой от отработки небольшого участка, что может быть губительно для небольшой артели.

Существенную проблему создают жёсткие границы горного отвода, закреплённые в лицензии на пользование недрами. Забалансовые запасы часто расположены за пределами утверждённого контура либо в целиках, не вовлечённых в первичную отработку. Для их добычи требуются корректировка проектной документации и согласование изменений границ в Роснедрах. Процедура сопряжена со значительными временными затратами, что критично для россыпной добычи из-за её выраженной сезонности. Задержки могут привести к тому, что проект не успеет стартовать в промывочный сезон. На практике это вынуждает компании либо отказываться от отработки таких участков, либо работать с повышенным риском получения предписаний и приостановки деятельности.

«В идеале необходимо разрешить отработку неучтённых запасов в контуре лицензионной площади на основе предпринимательского риска, без проведения государственной экспертизы, но с показанием добытого золота по форме № 5-гр. Государство здесь ничем не рискует. Ни деньгами, которые оно не вкладывает, ни запасами, которые нигде не числятся и никуда не уйдут, а получает в бюджет дополнительные средства от НДПИ и других сопутствующих налогов (НДФЛ, налог на имущество и др.)», — отмечал в своей статье главный специалист Магаданского территориального отдела ФГКУ «Росгеолэкспертиза» Сергей Васильевич МЕЖОВ.

Призрачные запасы «техногенки»

Эксперты оценивают запасы техногенного золота в России в 2,5-5 тысяч тонн. Однако достоверной (а по закону, достоверной оценкой остаётся постановка запасов на баланс) оценки от Роснедр не существует. К началу 2024 года в России учитывались 33 техногенных месторождения с запасами 47,8 тонны золота.

В сентябре 2025 года Роснедра представили новые методические указания по разведке техногенных месторождений россыпного золота и платиноидов. Рекомендации вызвали бурное обсуждение и осуждение участников отрасли, поскольку не представили никаких новых и адекватных инструментов для постановки техногенных запасов на баланс. В частности, в методичке предложено проводить ОПР (опытно-промышленные работы) с экспертизами и подсчётом запасов.

На практике компании вынуждены проходить полный цикл процедур, рассчитанный на крупные месторождения, что несоразмерно затратно для небольших участков и небогатых месторождений. При этом любое отклонение — от превышения плановых показателей до корректировки технологии — может стать основанием для досрочного прекращения права пользования недрами. А требования ведомств не всегда согласованы между собой, что создаёт дополнительные риски для недропользователей.

Однако глава Роснедр Олег Казанов настаивает на строгом соблюдении законодательства: «В нашей стране добыча полезных ископаемых разрешается только после проведения государственной экспертизы их запасов. Говоря проще, российское законодательство не позволяет добывать то, чего нет в государственной системе учёта. Отказ от этого принципа под любыми благородными основаниями ведёт к эрозии управления фондом недр».

Пополнять не будем — много воруют?

1. В россыпной золотодобыче появилось много нелегалов — об этом заявляет прокурор Забайкальского края: «Объёмы нелегальной добычи превышают легальные». 
2. Власть начала борьбу с нелегальной золотодобычей и ужесточает контроль над законопослушным недропользователем. Отчётов будет больше, добывать будут меньше.
3. Техногенные отложения не годятся для подсчёта запасов, поэтому ими пополнять государственные закрома очень неудобно.

Мнения недропользователей

«Акцией по раздаче поисковых лицензий чиновники сами широко распахнули двери всем нелегалам. На рынке появился новый игрок — китайские бизнесмены, которым абсолютно плевать на наши законы, и за годы действия заявительного принципа они отработали десятки поисковых, а также сквозных лицензий без оформления разрешительной документации».

«Чиновники думают так: если у нас переотход, значит, мы реализовываем ворованный или добытый незаконным путём металл и только осложнили жизнь недропользователям принятием ограничений по добыче дополнительных объёмов. Вопрос уничтожения россыпной золотодобычи у них не стоит, но, осложняя жизнь действующим предприятиям, они добьются усиления нелегальной золотодобычи. Часть предприятий, возможно, продадутся, причём тем же китайским бизнесменам. В результате государство просто потеряет контроль над отраслью, и официальная россыпная золотодобыча уменьшится наполовину. Опять благодаря принятым чиновниками решениям».

Про контроль движения запасов. Зачем огород городить? Всё давно уже придумано.

«Движение запасов отражается в полном объёме в форме № 5-гр и других формах годового баланса. Контролируются и утверждаются двумя структурами — это территориальный и федеральный фонды геологической информации. Такой подход устраивает всех недропользователей. Всё, что делается сейчас, вероятно, от бессилия или желания чиновника внести свою лепту в историю развития российской золотодобычи».

Пётр Хабаров