Загнали в уголь

Уголь продолжает оставаться важнейшей частью мировой энергетики. В прошлом году российские угольщики добыли почти 372 миллиона тонн угля. Это самый высокий показатель за всю постсоветскую историю.

   Если в 2010-2014 годах стоимость экспортируемого угля в рублях плавно снижалась, следуя за ценами в долларах, то с середины 2014 года их дороги разошлись. Долларовые цены продолжили интенсивное снижение, а цены в рублях, пересчитанные по курсу ЦБ, наоборот, рванули вверх из-за девальвации. Казалось бы, у угольщиков все хорошо, особенно на фоне обрабатывающей промышленности. Наша ситуация вроде бы не такая удручающая: мы достаточно конкурентоспособны, в первую очередь по качеству и себестоимости добычи угля. Проблема в том, что мы не управляем внешним спросом на уголь. Наша промышленность только реагирует на изменение внешней конъюнктуры: спрос растет и строятся новые, принадлежащие угольным компаниям, портовые мощности, закупается вагонный парк. Но что делать, если спрос перестанет расти или начнет падать? К такому развитию событий мы не готовы. К сожалению, многое указывает на то, что готовиться надо.

   Мировой рынок угля поистине глобален, но можно выделить два ключевых региональных рынка, значение которых для глобальной торговли углем трудно переоценить: рынок стран Европы и рынок стран Азиатско-Тихокеанского региона (АТР). Львиная доля мирового импорта приходится на эти два, сильно различающихся рынка: старый и стабильный европейский рынок и динамично развивающийся на протяжении последних 20 лет рынок АТР, где главенствующую роль сегодня играет Китай.

   Последний является не только крупнейшим импортером угля в мире, но и крупнейшим его производителем: по объему добычи Китай опережает Россию примерно в 10-11 раз, а объем китайского импорта почти в два раза превосходит объем российского экспорта. Именно замедление роста в Китае таит огромную опасность для нашей угольной отрасли. Если растущая двухзначными темпами экономика нуждается в угле и вполне может себе его импортировать, то этого однозначно нельзя сказать о "выкинувшей тормозной парашют экономике".

   В странах Европы, где на протяжении 2010-2015 годов наблюдался "угольный ренессанс", а газовые электростанции останавливались и даже выводились из эксплуатации, наш угольный экспорт ждут сложные времена. Предложение газа растет, цены падают, а против ужесточения экологических требований, выражающихся в модернизации системы торговли квотами на выбросы CO2, углю противопоставить нечего. Одним словом, спасение угольной промышленности только в развитии внутреннего рынка угля.

Александр Григорьев (заместитель генерального директора Института проблем естественных монополий)